Конституционный суд РФ вынес очередное классическое определение о невозможности признания по приобретательной давности права собственности на неразмежёванные земли, находящиеся в публичной собственности

Ранее на моём сайте публиковались заметки, в которых рассматривались соображения, по которым в порядке приобретательной давности (ст. 234 Гражданского кодекса РФ) не представляется возможным признание права собственности на неразмежёванные земли, находящиеся в публичной собственности, которые исторически находятся в пользовании лица, обратившегося в суд с иском о признании права собственности в силу давности владения. Так, в заметке от 23 декабря 2022 года мы расставили в этом вопрос точки над «i» и проиллюстрировали, что препятствиями к удовлетворению такого рода исковых заявлений являются:

– презумпция государственной собственности на землю, в силу которой публичные земли изначально не могут рассматриваться в качестве бесхозяйных вследствие того, что у них всегда есть правообладатель в лице органа власти, к компетенции которого относится распоряжение землями, находящимися в публичной собственности;

– отсутствие земельного участка как недвижимой вещи, на которую могло бы быть признано право собственности, то есть фактически используемые земли, находящиеся в публичной собственности, в границах которых земельные участки не сформированы, не обладают признаками самостоятельного объекта права.

В моей сегодняшней заметке мне хотелось бы вернуться к вопросу о невозможности признания в порядке приобретательной давности права собственности на используемые на протяжении более пятнадцати лет неразмежёванные публичные земли в связи с вынесением Конституционным судом РФ определения от 17 июля 2025 г. № 2027-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гагиева Рената Иоскавича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 39.1 Земельного кодекса Российской Федерации». Поводом к написанию настоящей заметки стала не какая-либо теоретическая новизна в аргументации тезиса о невозможности признания права собственности на публичные неразмежёванные земли – в этом плане анализируемое определение Конституционного суда РФ какой-либо новизной не обладает, а то обстоятельство, что в плане аргументации интересующее нас определение Конституционного суда РФ изложено в классическом стиле, в связи с чем может рассматриваться в качестве эталонного образца судебного акта по обоснованию тезиса о неприменимости положений ст. 234 Гражданского кодекса РФ в соответствующих юридических ситуациях.

История гражданина Р.И. Гагиева разворачивалась на территории Республики Карачаево-Черкессия. До обращения в суд Р.И. Гагиев, являющийся собственником поставленного на кадастровый учёт земельного участка площадью 600 кв.м, на протяжении более двадцать пяти лет обрабатывал и использовал в целях огородничества прилегающую к своему земельном участку территорию площадью 400 кв.м, в границах которой земельный участок сформирован не был. Орган местного самоуправления, узнав о действиях Р.И. Гагиева, которые можно было квалифицировать как самовольное занятие земель, осуществил формирование в границах используемой Р.И. Гагиевым территории и постановку на кадастровый учёт земельного участка площадью 400 кв.м с разрешённым использованием «для индивидуального жилищного строительства» без его разграничения в муниципальную собственность, желая, по всей видимости, предоставить сформированный земельный участок на торгах. Желая узаконить свою землю, Р.И. Гагиев обратился в Черкесский городской суд Республики Карачаево-Черкессия с исковым заявлением о признании в порядке приобретательной давности права собственности на сформированный муниципалитетом земельный участок площадью 400 кв.м.

Решением от 09 ноября 2023 года по делу № 2-3873/2023 Черкесский городской суд Р.И. Гагиеву в признании права собственности на земельный участок по приобретательной давности отказал. В плане аргументации, которой придерживался Черкасский городской суд, важно отметить, что суд первой инстанции провёл чёткий водораздел между критерием добросовестного владения, который является необходимым условиям для удовлетворения иска о признании права собственности по давности владения и которое сводится к тому, что лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»), и добросовестным заблуждением, которое имело место на стороны Р.И. Гагиева. Если критерий добросовестного владения подразумевает, что истец достоверно осознаёт факт существования объекта недвижимости, на который признаётся право собственности, но при этом может заблуждаться, то есть не осознавать наличие обстоятельств, исключающих возможность приобретения права собственности (например, наличие зарегистрированного за другим лицом права собственности на вещь), то при наличии добросовестного заблуждения, имеющего место в ситуации как в случае с Р.И. Гагиевым, истец ошибочно исходит из существования самого объекта недвижимости, на который могло бы быть признано право собственности. Так, в частности, в своём решении Черкесский городской суд отметил, что «… добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст. 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре. Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений ст. 234 ГК РФ, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании ст. 234 ГК РФ».

Решение Черкесского городского суда по делу Р.И. Гагиева было оставлено без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, включая Верховный суд РФ, в связи с чем впоследствии Р.И. Гагиев обратился в Конституционный суд РФ с жалобой на несоответствие нормам Конституции РФ ст. 234 Гражданского кодекса РФ и п. 1 ст. 39.1 Земельного кодекса РФ в той мере, в какой «.. какой они служат основанием для отказа в признании права собственности по приобретательной давности на земельный участок, находящийся в государственной (муниципальной) собственности, за гражданином из числа коренных малочисленных народов Российской Федерации, который добросовестно, открыто и непрерывно владеет таким участком как своим собственным в течение установленного законом срока и использует его для ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности».

Отказывая в принятии конституционный жалобы к рассмотрению и ссылаясь на Определение от 11 февраля 2021 года № 186-О, которое было ранее вынесено Конституционным судом РФ в практически аналогичной ситуации, Конституционный суд РФ постулировал следующий вывод: «.. для любого добросовестного и разумного участника гражданских правоотношений должно быть очевидным, что земли, на которых земельные участки не сформированы и не поставлены на кадастровый учет, относятся к государственной собственности и что само по себе отсутствие такого учета не свидетельствует о том, что они являются бесхозяйными, соответственно, занятие без каких-либо правовых оснований несформированного земельного участка, заведомо для владельца относящегося к публичной собственности, не может расцениваться как непротивоправное, совершенное внешне правомерными действиями, т.е. добросовестное и соответствующее требованиям пункта 1 статьи 234 ГК Российской Федерации».

С точки зрения стройности и упорядоченности вышеуказанный вывод Конституционного суда РФ можно считать эталонным, которым снимаются все вопросы в споре о возможности признания в порядке давности владения на участок неразмежёванных земель (не путать с земельным участком), находящихся в публичной собственности. Определение Конституционного суда РФ от 11 февраля 2021 года № 186-О будет несомненно иметь важное ориентирующее значение для правоприменителей.